Совсем маленький драббл про то, как Копье ест. ) Еще до Франкенштейна, свежесозданное Союзом совсем молодое ТК)
Далекий-далекий предканон.)
ТыкКровь. Я ощущаю её запах, её тепло. Почти ощущаю этот дурманящий сознание вкус. Кругом - перепуганные до смерти человеческие особи. Дрожат. Бегают, спотыкаясь о тела сотоварищей. В ужасе хватают детей и имущество. Затаптывают насмерть друг друга, давят колесами конных повозок, управляемые только слепым инстинктом самосохранения.
- Не боишься? - смотрю в его переполненные ужасом глаза. Мог бы и не спрашивать. Он сейчас ничем не отличается от них, кто в панике носится внизу.
- Н-нет... - при звуках моего голоса его глаза делаются еще шире, а все несчастное хрупкое смертное тельце покрывается мурашками.
- Держи только за рукоять покрепче, о храбрый рыцарь! - издевательски усмехаюсь. Так, чтобы он смог увидеть мой оскал своими перепуганными глазками. Кажется, сейчас в штаны наделает, бедолага.
В ответ он как-то слишком энергично и нервно кивает, словно в приступе падучей.
Я приближаюсь. А их крики становятся громче. Беру их, как траву, охапками. Вгрызаюсь в их плоть, ломаю тонкие косточки. Весь в крови, кровь внутри меня, я - её часть, кровь - часть меня. Да я сам теперь весь состою из крови и их ужаса, их жалких темных душонок, таких восхитительно-воздушных. Сколько же там гнева, ярости, страха, отчаяния, ненависти! Теперь оно - часть меня, я вырастаю и чувствую все большую силу, питаясь их забавными глупыми эмоциями. А они пытаются убежать, наивные глупые существа.
Мне очень нравится, когда они убегают. Но истинное наслаждение - когда кто-нибудь, сойдя с ума от ужаса, начинает мне сопротивляться. Бросаться с кулаками на меня - на то, что даже не имеет определенной формы и уж точно не поддается никаким определениям и классификациям в их мире. Но они кидаются, и размахивают передо мной совершенно обычными и пустыми огрызками металла. Поразительно! Именно такие люди, на самом деле, особенно вкусны. Мне нравится их буйство и самоуверенность. И вкус. И их презабавные предсмертные проклятия.
- Темное Копье! - паренек пищит, надрывая глотку, где-то внизу. - Достаточно!!!
- Позволь, но я сам решу, когда мне будет достаточно. - изображаю этакую полуулыбку, разрывая в клочья очередную вопящую в ужасе связку людей.
- Ну... хватит!! - его голос и колени дрожат. Игнорирую этот вопль, продолжая наслаждаться трапезой.
На несколько минут для меня перестает существовать все, кроме крови и жажды, бесконечной гнетущей жажды, которой, кажется, и конца не будет.
Возвращаюсь. Парень светится безумным оскалом. Почти как у меня.
- Мы... отлично... великолепно... бесподобно... - задыхается в истерическом хохоте, в восторге, смешанном с ужасом.
Вполне себе правильная реакция. Я благосклонно киваю ему.
- А теперь... я ведь могу стать Первым в Организации! Ведь ты - мое оружие! - таращит на меня глаза все в том же ужасе.
А вот это уже совсем неправильная реакция. Даже роковая, можно сказать.
- Что? - стараюсь сделать свой голос как можно тише и приятнее.
- Мое оружие! - улыбается. Старается весело, а сам весь трясется в припадке, кривится весь и дрожит.
- Хорошо. И как ты себе представляешь... захват Организации? - говорю еще тише. Дело принимает презабавный оборот.
- Ну... я ведь приду и предложу сдаться им добровольно. Как владельцу Копья. Отказавшихся придам показательной смерти. - буйный восторг в темных остекленевших глазах.
- Ага. Смерти придашь. Молодец. А могу я спросить, каким именно образом ты собрался убить как минимум три тысячи шестьсот девяносто три человека: подопытных, служащих и руководство в одном только нашем здании?
- Ты только что убил еще больше! На моих глазах! - он взрывается обезумевшим хохотом, размахивая руками и растирая по телу кровь убитых мной.
- Я-то убил. Но вопрос: как это сделаешь ты? - почти шепчу ему в самые уши.
- Тобой! - он таращит свои темные глаза, будто понимая, что сказал полную нелепицу.
- Повторяю вопрос. - стараюсь сделать свой голос как можно более тихим и дружелюбным: "Как. Ты. Собрался их убивать. Мной?" - легонько касаюсь его плеча.
Он вскрикивает и падаешь, истошно крича и закрывая голову руками.
- Бедное дитя. Ты не понял одного. Организация кормит меня. И пока она это делает - я в некотором роде ей обязано. К тому же... - Но тут я решаю, что не зачем ему знать лишнего.
- Но я ведь тебе приказываю! Ты же... слушался меня раньше?
- На самом деле, нет. Есть очень хотелось, вот и напал на них. - рассеянно бросаю ему.
- Ведь я... я могу умереть теперь тут!
- Ну, что теперь поделаешь. Вы, люди, довольно часто умираете.
Он вовсе не злил меня. Я даже и не думал убивать маленькую несчастную шестеренку Организации. Я правда думал уйти к себе, в свою привычную колбу - единственное место, где на тот момент мне были созданы подходящие условия жизни и где я обитал, сколько себя помнил. Дело в том, что на поверхности я чувствовал себя крайне неуютно без тела, которым мог бы управлять. А этот модифицированный был всего моей третьей попыткой.
- Не уходи!
- Мне правда очень жаль. - бросаю кратко, чтобы сразу понял, что на самом деле не жаль вовсе.
Но тут он совершил ошибку во второй раз.
- Мразь! Тупой монстр, который умеет только жрать! Из-за тебя! Из-за тебя! - он завопил что-то нечленораздельное. Я ударил его по спине, и позвоночник несчастного преломился надвое с приятным хрустом.
- Ну... извини.
У меня даже не было желания его убивать. Зря он все-таки так со мной.
Драбблец.
Совсем маленький драббл про то, как Копье ест. ) Еще до Франкенштейна, свежесозданное Союзом совсем молодое ТК)
Далекий-далекий предканон.)
Тык
Далекий-далекий предканон.)
Тык